С. Доул Планеты для людей

К оглавлению

Глава 6
БЛИЖАЙШИЕ КАНДИДАТЫ

Теперь, когда определены основные характеристики звезд, у которых могут быть пригодные для жизни планеты, перейдем к рассмотрению отдельных объектов, находящихся по соседству с Солнцем, и попробуем оценить, какова вероятность того, что вокруг них движутся по орбитам пригодные для жизни планеты.

Из ста самых близких звезд (плюс одиннадцать их невидимых компаньонов), перечисленных в таблице Аллена (1955), находящихся от Солнца не дальше 22 световых лет, формально 43 звезды могли бы обладать пригодными для жизни планетами (см. табл. 20). Однако, кроме 15, о которых речь будет идти ниже, остальные так малы, что у них могла бы быть пригодная для жизни планета только в том очень редком случае, если у этой планеты тоже есть спутники, причем достаточно большие и достаточно близкие, чтобы помочь планете сохранить скорость вращения. Прочие 68 звезд мы опускаем по следующим причинам: у трех из них (Сириуса, Проциона и Альтаира) слишком большая масса, и поэтому жизнь их слишком скоротечна; семь —белые карлики; 57 —слишком малы,и они либо тормозили бы вращение планеты на экосферных расстояниях, либо порождали бы приливы разрушительной силы на тех планетах, вращение которых могло бы поддерживаться за счет близкого спутника; одна звезда (40 Эридана А), хотя и приемлемая с других точек зрения,— член двойной системы в паре с находящимся поблизости белым карликом. Следовательно, доля звезд, которые имеют вероятность обладания пригодными для жизни планетами в окрестностях Солнца, доставляет около 13%.

Одну из звезд, перечисленных в табл. 20 и 21 (Lal 21185 А), вероятно, следовало бы вычеркнуть из списка кандидатов. Это кратная звездная система, орбитальные характеристики которой (хотя и не точно определенные), вероятно, несовместимы с существованием устойчивых планетных орбит внутри экосферы. Характеристики кратных звездных систем из табл. 20 даны в табл. 21.

Рис. 40. Положения ближайших звезд, которые имеют значимые вероятности обладать по крайней мере одной пригодной для жизни планетой; координаты — прямое восхождение и склонение.

Четырнадцать наиболее перспективных кандидатов и их вероятность иметь пригодные для жизни планеты (больше 1%) приведены в табл. 22 по порядку увеличения их расстояния от Земли. Вероятность того, что по крайней мере одна пригодная для жизни планета есть среди этих четырнадцати звезд, составляет 43%. Карта неба, на которой видно их расположение, дана на рис. 40. Ни один список типа табл. 22 не может быть абсолютно полным, поскольку соответствующие параметры в действительности неизвестны с той точностью, которая подразумевается в публикуемых данных. Приняв эти данные в качестве достоверных, хотя и признавая, что они могут быть пересмотрены в будущем, мы вычислили вероятности существования пригодной для жизни планеты, которая обращается вокруг каждой из этих звезд.

Таблица 22
Четырнадцать звезд с небольшой вероятностью иметь
пригодные для жизни планеты в порядке увеличения
их расстояний от Солнца

Звезда

Расстояние от Земли (свет. годы)

Вероятность Php

а Центавра А

4,3

0,054 } 0,107

а Центавра В

4,3

0,057 }

е Эридана

10,8

0,033

т Кита

12,2

0,036

70 Змееносца А

17,3

0,057

n Кассиопеи А

18,0

0,057

c Дракона

18,2

0,036

36 Змееносца А

18,2

0,023 } 0,042

36 Змееносца В

18,2

0,020 }

HR 7703

18,6

0,020

d Павлина

19,2

0,057

82 Эридана

20,9

0,057

b Гидры

21,3

0,037

HR 8832

21,4

0,011

В тех случаях, когда мы не располагали какими бы то ни было сведениями о массах звезд, последние были оценены по абсолютным величинам. Для двойных звезд, характеристики которых свидетельствуют о том, что один из компонентов может служить главным телом, также были вычислены вероятности существования по крайней мере одной планеты в двойной системе. Например, в случае самой близкой к нам звездной системы — а Центавра — отдельные вероятности составляют 0,054 и 0,057 для компонентов А и В соответственно; для системы эта вероятность равна 0,107; это означает, что вероятность существования пригодной для жизни планеты в системе а Центавра — один шанс из десяти.

Из-за того, что а Центавра находится поблизости от южного полюса неба, ее нельзя увидеть с поверхности Земли в северных широтах (севернее широты 30°). Видимая орбита компонента В, определенная из многочисленных телескопических наблюдений на протяжении последних 100 лет, показана на рис. 41. Видимая с Земли почти с ребра, эта орбита сильно вытянута. Действительная орбита имеет эксцентриситет 0,52 и большую полуось 23,2 а. е.; следовательно, при своем наибольшем сближении (в периастре) компоненты А и В разделены расстоянием 11,2 а. е., а их взаимное расстояние в апоастре (наибольшее удаление) составляет 35,3 а. е. Приблизительные расстояния, на которых существуют экосферы вокруг А и В, показаны на рисунке в масштабе.

Рис. 41. Орбита компонента В из системы а Центавра. Кружки вокруг звезд А и В определяют приближенные размеры экосфер обеих звезд в масштабе рисунка.

Хотя нет какого-либо теоретического метода определения устойчивости орбит планетных тел в кратных системах, применение критериев устойчивости, полученных в ограниченной задаче трех тел, позволяет предполагать, что пригодные для жизни планеты (если таковые существуют), обращающиеся внутри экосфер А и В, должны иметь устойчивые орбиты.

Например, если А и В находятся на круговых орбитах вокруг их общего центра тяжести, то, приняв отношение их масс равным 0,45 и поместив их на таком расстоянии друг от друга (9,73 а. е.), на котором их новая угловая скорость была бы равна их истинной угловой скорости в периастре, получим, что планетные орбиты А должны быть устойчивы в пределах радиуса 2,68 a. e., а планетные орбиты В — в пределах радиуса 2,34 а. е. Из рис. 26 (см. стр. 103) можно видеть, что полная экосфера А и В вполне помещается в этих границах устойчивости.

Больший компонент этой системы — а Центавра — звезда, очень похожая на Солнце. Ее спектральный класс G4 (или иногда оцениваемый как G0); видимая визуальная величина 0m,09; абсолютная визуальная величина 4m,5; масса составляет примерно 1,08 массы Солнца. Вероятность того, что она владеет планетой, пригодной для жизни, равна приблизительно 0,054.

Компонент В, несколько меньший, относится к звездам спектрального класса К1 (или К5); он имеет видимую визуальную величину 1m,38; абсолютную визуальную величину 5m,9 (или 6m,1) и массу— 0,88 массы Солнца. Вероятность того, что у него есть одна пригодная для жизни планета, составляет 0,057. Компонент С, называемый также Проксима Центавра, если смотреть с Земли, отстоит на 2°,2 от двух других. Эта небольшая вспыхивающая звезда визуальной величины 10m,68 слишком мала, чтобы ее рассматривать как центр системы, вокруг которого могла бы находиться пригодные для жизни планеты.

Величины вероятности крайне чувствительны к значениям звездных масс, выведенных из астрономических данных. Очевидно, что массы звезд, оцененные таким путем, не могут быть очень точными. Когда будут получены более надежные данные, придется заново пересмотреть величины масс, и тогда будут неизбежны и некоторые изменения в приведенных выше оценках вероятностей.

О других звездах из этого списка — наиболее перспективных кандидатах в главные тела планетных систем соответствующие сведения даются ниже.

Звезду е Эридана, находящуюся почти на 10° южнее проекции плоскости земного экватора (склонение 9° 48'), можно видеть из любой точки земного шара, за исключением небольшой области вокруг Северного полюса. Это изолированная звезда (ни одного компаньона у нее не обнаружено) спектрального класса К2, хотя иногда ее относят и к классу К0. Ее видимая визуальная величина 4m,2; параллакс 0",303, а расстояние от Земли равно 10,8 светового года. Поэтому ее абсолютная визуальная величина равна 6m,2. Из этих данных можно оценить, что ее масса, которую нельзя измерить непосредственно, составляет примерно 0,80 массы Солнца, Вероятность того, что внутри ее экосферы движется по орбите пригодная для жизни планета, как было здесь подсчитано, составляет 3,3%.

Звезду т Кита, довольно близкую к е Эридана на ночном небе (в соседнем созвездии), можно видеть из любого пункта земной поверхности, за исключением арктических областей. Как е Эридана, так и т Кита “прослушивалась” радиотелескопом в ходе осуществления проекта ОЗМА — первой попытки обнаружить радиосигналы, направленные к нашему Солнцу возможными мыслящими обитателями планет других звезд. Идея этого проекта была предложена Коккони и Моррисоном (1959), которые указали на частоту 1420 Мгц (длина волны 21 см), как оптимальную в смысле отношения сигнал/шум *). Попытка обнаружить радиосигналы от е Эридана и т Кита была предпринята весной 1960 г. с использованием радиотелескопа диаметром 26 м Национальной радиоастрономической обсерватории в Грин Бэнк (Западная Виргиния, США). Результаты оказались отрицательными. Но ведь и мы не посылаем сигналы на волне 21 см, которые “они” могли бы обнаружить. Общая вероятность того, что либо е Эридана, либо т Кита имеют одну пригодную для жизни планету, составляет всего 7%, а вероятность того, что данная пригодная для жизни планета будет населена цивилизованными существами, оценить трудно.

Подобно е Эридана, т Кита, по-видимому, тоже изолированная звезда. Ее спектральный класс оценивается по-разному: G8, G4 и К0; соответствующие оценки абсолютной визуальной величины 6m,02; 5m,8 и 5m,9 и расстояния—12,2; 11,8 и 11,2 светового года. Ее видимая визуальная величина равна 3m,65. Если основываться на абсолютной визуальной величине 6m,02, то ее масса оценивается в 0,82 массы Солнца.

*) Эта частота была выбрана по другой причине — она является как бы естественным стандартом частоты, который должен быть известен любой цивилизации. (Прим, ред.)

Вероятность того, что эта звезда имеет пригодную для жизни планету, была здесь оценена в 3,6%.

Звезда 70 Змееносца А — более массивный компонент системы 70 Змееносца. Эта система состоит из двух звезд, обращающихся одна вокруг другой с периодом 87,85 года по орбите с эксцентриситетом 0,50. Ее расстояние от Земли оценивалось различно: 17,3; 16,4 и 16,5 светового года. Параллакс, данный ван де Кампом (1958) п=0",199, соответствует 16,4 светового года. Большая полуось орбиты двойной равна 22,8 а. е.; таким образом, в периастре эти два компонента отстоят друг от друга на 11,4 а. е., а в апоастре — на 34,2 а. е. Наличие третьего компонента в системе 70 Змееносца не установлено, хотя подозревают, что существует темный компонент. Компонент А спектрального класса К1 имеет видимую визуальную величину 5m,7 (или 5m,8), массу около 0,90 массы Солнца, Отсюда вероятность обладания одной пригодной для жизни планетой 5,7%. Согласно Ван де Кампу (1958), спектральный класс компонента А есть К0, и его видимая визуальная величина равна 5m,09.

Менее массивный компонент В относится к спектральному классу К5 с абсолютной визуальной величиной 7m,3 (или 7m,4—7m,5). Его масса составляет около 0,65 массы Солнца; таким образом, эта звезда могла бы иметь пригодную для жизни планету только в том случае, если бы у планеты был большой близкий спутник, помогающий сохранить ее скорость вращения. Ван де Камп определил спектральный класс компонента В как К4. Планеты, обращающиеся на экосферном расстоянии, должны иметь в этой двойной системе устойчивые орбиты. Если смотреть из системы 70 Змееносца, то Солнце будет казаться звездой третьей величины и находиться в созвездии Ориона недалеко от его Пояса.

Звезда n Кассиопеи А — больший компонент двойной системы n Кассиопеи. Система эта, находящаяся на расстоянии 18 световых лет от Земли, имеет период порядка 500 лет и эксцентриситет орбиты 0,53. Большая полуось составляет около 70 а. е. Существование третьего компонента надежно не установлено. Компонент А спектрального класса F9 имеет видимую визуальную величину Зm,54, абсолютную визуальную величину 4m,87 (очень близкую к величине Солнца) и массу — около 0,94 массы Солнца. Его вероятность иметь одну пригодную к жизни планету равна 5,7%.

Меньший компонент В относится к классу К6, абсолютная визуальная величина 8m,7; масса — 0,58 массы Солнца; его вероятность владеть одной пригодной для жизни планетой очень мала.

Наше Солнце, если смотреть из этой системы, казалось бы находящимся в созвездии Южного Креста.

Звезда c Дракона — самая северная звезда в этом списке (склонение 69°29'), по-видимому является изолированной звездой на расстоянии 18,2 светового года от Солнца с видимой визуальной величиной 4m,72; она относится к спектральному классу G9. Абсолютная визуальная величина равна 6m,01, масса — около 0,82 массы Солнца, Вероятность того, что она имеет пригодную для жизни планету, примерно 3,6%.

Звезда 36 Змееносца А — самый массивный член системы, которая расположена почти на прямой между нами и центром вашей Галактики. В явном виде ее орбитальные элементы еще не определены. Согласно Аллену (1955), А и В отстоят друг от друга на 4", тогда как компонент С находится от пары А—В на расстоянии свыше 12'. Расстояние системы от Солнца примерно 18,2 светового года, визуальная величина 5m,7. Компонент А спектрального класса К2 имеет абсолютную визуальную величину 6m,4 и массу около 0,77 солнечной массы. Следовательно, его вероятность иметь пригодную для жизни планету составляет 2,3%. Компонент В относится к спектральному классу К1, имеет абсолютную визуальную величину 6m,5 и массу — около 0,76 массы Солнца. Вероятность, что он имеет пригодную для жизни планету, близка к 2%. Компонент С относится к спектральному классу К6, имеет абсолютную визуальную величину 7m,8 и массу около 0,63 массы Солнца. Его вероятность иметь пригодную для жизни планету очень мала.

Звезда HR 7703 А — большие из членов своей системы, расстояние которой от Солнца 18,6 светового года. Она находится в южном созвездии Стрельца и состоит из двух звезд, разделенных расстоянием 8". Элементы орбиты еще ее определены. Компонент А — спектрального класса К2 с видимой визуальной величиной 5m,24 и абсолютной визуальной величиной 6m,5; масса его составляет 0,76 массы Солнца; его вероятность иметь одну пригодную для жизни планету равна 2%. Меньший компонент В спектрального класса М5 имеет абсолютную визуальную величину 12m,7 и слишком мал, чтобы обладать пригодной для жизни планетой.

Звезда d Павлина, находящаяся даже южнее, чем а Центавра, не доступна земному наблюдателю, если он находится севернее широты 23°. По всей видимости это изолированная звезда спектрального класса G7; ее расстояние от нашего Солнца равно 19,2 светового года, абсолютная визуальная величина 4m,9, а масса — 0,98 массы Солнца. Вероятность обладать одной пригодной для жизни планетой для этой звезды примерно равна 5,7%.

Звезда 82 Эридана — по-видимому, тоже изолированная звезда, которую можно наблюдать на широтах южнее + 46°. Ее спектральный класс G5, видимая визуальная величина равна 4m,3, расстояние от Солнца 20,9 светового года, абсолютная визуальная величина 5m,3 а выведенная отсюда масса близка к 0,91 массы Солнца. Вероятность обладания пригодной для жизни планетой также равна 5,7%.

Звезда b гидры — самая южная звезда в списке перспективных кандидатов в пределах 22 световых лет от Солнца- Ее расстояние от Солнца 21,3 светового года; это изолированная звезда класса G1 с видимой визуальной величиной 2m,90, абсолютной визуальной величиной 3m,8 и массой в 1,23 массы Солнца, Вероятность обладать пригодное для жизни планетой равна 3,7%.

Звезда HR 8832 в созвездии Кассиопеи слишком слаба и практически ненаблюдаема невооруженным глазом, за исключением случаев превосходных условий видимости. Это изолированная звезда спектрального класса К3 с видимой визуальной величиной 5m,67. Расположенная на расстоянии 21,4 светового года от Земли, она имеет абсолютную визуальную величину 6m,69, массу — 0,74 массы Солнца, а ее вероятность обладания планетой, пригодной для жизни, 1,1%.

Полная вероятность существования по крайней мере одной пригодной для жизни планеты (исключая Землю) во всем объеме пространства на расстоянии 22 световых лет от Солнца составляет 43%.


Глава 7
“ПРЫЖКИ” К ЗВЕЗДАМ
*)

Разведка на пути к планетам

Если бы мы предприняли путешествие к звездам, то с какого расстояния уже можно было бы быть уверенным в том, что у выбранной нами звезды действительно есть планета, пригодная для жизни? И сколь близко нам надо приблизиться к планете, чтобы удостовериться в ее пригодности для жизни?

Из опыта астрономов мы знаем, что хотя Земля периодически подходит к Венере и Марсу на расстояния ближе чем 48 и 64 млн.км соответственно, даже в отношении этих планет остается много неясного. Наблюдения сильно осложнены тем, что мы видим планеты сквозь земную атмосферу, сильно поглощающую излучение и искажающую оптическое изображение* Несомненно, мы узнаем гораздо больше о планетах нашей Солнечной системы, как только телескопы хотя бы умеренного размера будут вынесены за пределы атмосферы**).

*) В английском оригинале—“Star hopping”. В отличие от предыдущих глав, содержащих богатый фактический материал, в этой и последующей главах автор занимается обсуждением вопросов, не представляющих особой ценности с точки зрения дальнейшего развития проблемы исследования жизни на других астрономических объектах. Все же три последние главы содержат некоторые любопытные соображения, интересные, например, для любителей фантастики. Поэтому здесь эти главы сохранены, (Прим. ред.)

**) Венера, Марс, Юпитер и Меркурий исследуются сейчас при помощи телескопов, устанавливаемых на автоматических межпланетных станциях, совершающих облеты этих планет на близких расстояниях и посадку на их поверхность. И Венера, и Марс непригодны для человека без применения специальных защитных мер (как, например, создания герметически закрытых станций). (Прим. ред.)

Однако представим себе, что мы являемся участниками научной космической экспедиции, и, находясь на космическом корабле, приближаемся к какой-то звезде. У нас есть телескопы диаметром до 1,5 м, чувствительные радиоприемники, а также и другая необходимая научная аппаратура. Нам хотелось бы, естественно, как можно раньше принять решение, продолжать ли двигаться к звезде или прервать данное путешествие, повернув обратно или взяв курс на другой объект. Очевидно, наше решение прежде всего будет зависеть от того, есть ли у звезды планета, орбита которой проходит внутри экосферы. Если есть, целесообразно продолжать наше путешествие; если же мы убедились, что такой планеты нет, то полет к этой звезде не имеет смысла. Дальнейшие планы стоит обсуждать, только если у этой звезды действительно есть такая планета; поэтому полезно иметь заранее ответы на ряд вопросов, связанных с расстояниями, на которых уже можно принимать какие-то решения.

Например, стоит обсудить такие вопросы:

  1. С какого расстояния можно обнаружить такую планету, как Юпитер?
  2. С какого расстояния можно обнаружить такую планету, как Земля?
  3. С какого расстояния можно обнаружить в космическом пространстве самую мощную на Земле радио
    станцию?
  4. С какого расстояния можно различить на Земле океаны?
  5. С какого расстояния можно распознать на Земле леса?
  6. С какого расстояния можно увидеть на Земле го рода?
  7. С какого расстояния можно отличить искусственные сооружения от естественных?

На некоторые из этих вопросов пока еще невозможно ответить с полной определенностью, но кое-что сказать уже можно. Когда мы смотрим на небо сквозь земную атмосферу, то нам трудно изучать слабый объект, если он расположен по соседству с гораздо более ярким, так как нам мешает свет от этого более яркого объекта. Кроме того, движения воздушных масс, запыленность атмосферы и другие факторы, называемые астрономами в совокупности “условиями видимости”, мешают реализации теоретической разрешающей способности больших телескопов. Однако в космическом пространстве, свободном от атмосферных помех, вероятно, достижима теоретическая разрешающая способность для объектов одинаковой яркости. Очевидно, можно было бы также наблюдать и слабые объекты рядом с более яркими при использовании специальных методов, например путем экранирования изображения более яркого объекта. Было доказано, что этот метод вполне применим, если расстояние между двумя объектами не менее 2" (Роман, 1959). Учитывая эти данные, будем предполагать, что планетный объект можно обнаружить, если он отстоит по крайней мере на 2" от своего главного тела и если его видимая визуальная величина не слабее +18m (примерная предельная звездная величина для 1,5-метрового телескопа).

При таких предположениях на вопросы 1 и 2 можно ответить, отсылая читателя к рис. 42 и 43. Если, например, предположить, что Юпитер находится в своей наибольшей элонгации и наполовину освещен Солнцем (фаза полумесяца), то, считая, что его альбедо равно 0,4 и он отражает свет по закону Ламберта, его абсолютная визуальная величина должна быть равна +27m,4. Его максимальная элонгация от Солнца 2" наблюдалась бы с расстояния 8,55 светового года и его звездная величина на расстоянии 0,43 светового года от Солнца была бы равна +18m. На этом расстоянии наибольшая элонгация Юпитера от Солнца равна примерно 37". Таким образом, максимальное расстояние для обнаружения планеты типа Юпитера определяется видимой визуальной величиной. Однако его изображение было бы видимо в поле зрения на фоне множества далеких звезд аналогичной звездной величины, и поэтому, чтобы провести различие между звездами и планетами, каждый объект пришлось бы подвергнуть спектральному анализу или же, чтобы обнаружить движение планеты, пришлось бы делать повторные снимки этого участка неба. Многое зависит от наклона главной плоскости системы к направлению движения нашего космического корабля. Наиболее выгоден вариант, когда направление движения составляет прямой угол с плоскостью планетной орбиты, т. е. планета всегда видна в самой большой элонгации относительно своей главной звезды. При менее благоприятных направлениях нашего движения и когда планета находится между нами и звездой, обнаружить ее можно только на гораздо меньших расстояниях. Например, диск Юпитера можно было бы различить в виде объекта диаметром 2" на расстоянии около 90 а. е.

Рис. 42. Угловое расстояние или размер объектов как функция
расстояния от наблюдателя.

Аналогичные трудности были бы при обнаружении планеты типа Земли. В предположениях, что альбедо ее равно 0,36, что применим закон Ламберта и что ее элонгация — наибольшая, получим, что система Земля—Солнце была бы разрешима на расстоянии в 1,7 светового года (элонгация больше 2"), но отраженный Землей свет удалось бы обнаружить только при уменьшении расстояния до 0,17 светового года (10700 а. е); диск Земли был бы заметен на расстоянии около 7,6 а. е.

Рис. 43. Видимая звездная величина объекта как функция расстояния от наблюдателя.

Следовательно, мы были бы не в состоянии обнаружить присутствие земноподобной планеты (при данных предположениях), пока мы не приблизились бы к намеченной цели на расстояние 1/6 светового года. Однако неблагоприятные обстоятельства, например наличие гигантской планеты, мешающей движению пригодной для жизни планеты внутри экосферы, можно было бы обнаружить раньше.

Как было показано Зенгером (1962) и другими, существует определенная трудность обнаружения объектов в космическом пространстве оптическими методами, если наблюдатель сам движется со скоростью, составляющей значительную долю скорости света. При движении наблюдателя звезде со скоростью, близкой к скорости света, вследствие действия эффекта Доплера заметно уменьшается длина волны и звезда кажется горячее, чем есть на самом деле. В то же время, если мы движемся от звезды при аналогичных скоростях, то длины волн смещаются к красному концу спектра, и звезда кажется холоднее, чем на самом деле. Длина волны света, идущего от звезды-цели, будет смещена в соответствии с соотношением

где ло — длина волны неподвижного источника, л — регистрируемая длина волны, v— скорость космического корабля и с — скорость света.

Аналогичным образом длина волны света от стартовой звезды будет смещена согласно формуле

При достаточно высоких релятивистских скоростях впереди будет видно “черное пятно”, так как вся визуально обнаружимая радиация от звезд в этой части поля зрения окажется смещенной в ультрафиолетовую часть. Другое черное пятно появится в противоположном направлении, поскольку вся визуально обнаружимая радиация от звезд, оставшихся позади, сместится в инфракрасную часть спектра. Между этими двумя черными пятнами цвет звезд, видимых сбоку, будет меняться от синего до красного. Однако в пятнах, видимых глазом как черные, при помощи приборов звезды все же можно будет обнаружить. Эти эффекты должны становиться заметными для наблюдателя, движущегося со скоростью, составляющей примерно одну двенадцатую скорости света, а “черные пятна” будут появляться, когда скорость космического корабля станет равной примерно половине скорости света*),

*) Появление “черных пятен” (не путать с “черными дырами”, о которых сейчас так много говорят) могло бы иметь место только в том случае, если бы вся энергия звезды излучалась в видимой области спектра, В действительности это далеко не так. У горячих звезд большая часть энергии излучается в ультрафиолетовой области спектра, а у холодных — в инфракрасной области спектра. Поэтому, если, например, впереди “по курсу” холодная звезда, то вместо “черного пятна” релятивистский наблюдатель увидел бы более яркий объект, чем неподвижный наблюдатель. Впрочем, направляясь к звезде с пригодной для жизни планетой, мы должны иметь в виду, что у таких звезд в видимой области спектра действительно должна излучаться большая часть энергии. (Прим ред.)

Обратимся теперь к вопросу 3 на стр. 158. Радиоволны в полосе вещания (535—1605 кгц), генерируемые на Земле, не очень эффективно проникают сквозь земную ионосферу, и большая часть их отражается и возвращается к Земле, Только радиоволны очень высоких частот (выше 30 Мгц) были бы обнаружимы в космическом пространстве. Затухание и преломление в ионосфере ощутимее всего для частот ниже 100 Мгц. В полосе очень высоких частот одними из самых мощных передатчиков радиосигналов являются радиосистемы раннего предупреждения баллистических запусков, работающие на частотах около 400 Мгц, Положив уровень пиковой мощности равным примерно 1 Мвт и считая, что естественный шум в приемнике галактического фона соответствует тепловому излучению при 300° К, получим, что сигналы от передатчиков радиосистем предупреждения можно обнаружить на расстоянии 16 млрд. км или 100 а. е. (среднее расстояние Плутона от Земли составляет около 6 млрд. км.) Пример с радиосистемой предупреждения приведен здесь только для иллюстрации, поскольку можно предполагать, что на планетах, обладающих цивилизованными формами жизни, могут генерироваться сильные радиосигналы, несущие разумную информацию. Кроме того, на планетах типа Земли возможно возникновение естественных радиошумов определенных видов, как, например, при грозовых разрядах. Оценено, что в каждый данный момент времени на Земле происходит от 2 до 6 тыс. гроз. Расшифрованный “автограф” таких электрических разрядов может па крайней мере служить признаком планеты, имеющей атмосферу, но, конечно, не означает планету, пригодную для жизни. Какая доля этого шумового излучения будет просачиваться наружу и окажется доступной обнаружению в космосе на некотором расстоянии от источника, сказать трудно,

Если удастся получить спектр планеты, то в принципе в нем можно найти характерные спектральные линии поглощения, обусловленные кислородом или водяным паром. Наблюдателю, который смотрит сквозь атмосферу Земли, трудно обнаружить эти линии, так как распространенность кислорода, водяного пара и других поглощающих газов в нашей атмосфере делает ее непрозрачной во многих как раз интересующих нас частях электромагнитного спектра; но такое обнаружение из космического пространства вполне осуществимо.

Оценки примерных расстояний, на которых можно было бы отождествить существенные детали земной поверхности из космоса (вопросы 4—7, упомянутые выше), дали следующие результаты; океаны — примерно с расстояния 7 a. e., леса — примерно с 3 а. е., а большие города при хороших условиях видимости — примерно с 5 млн. км. Для того чтобы отождествить такие искусственные сооружения, как каналы, мосты, аэродромы и железные дороги, необходимо быть еще ближе к планете (обязательное условие — очень чистая атмосфера).

Вообще говоря, чтобы быть вполне уверенным, что данная система содержит пригодную для жизни планету, к ней необходимо подойти очень близко, хотя негативные признаки могут обнаружиться еще в то время, когда исследовательская экспедиция отстоит от цели на расстоянии 1/3—1/2 светового года. Для большей или меньшей уверенности в том, что планета пригодна для жизни, нужно приблизиться к ней примерно до 5 млн. км, ну а чтобы быть абсолютно уверенным в этом, необходима посадка на поверхность планеты и непосредственные исследования ее атмосферы, поверхности и других параметров.

Любое указание на то, что планета уже населена цивилизованными существами, должно послужить сигналом об обязательном соблюдении величайших предосторожностей, и прежде чем совершать посадку на какую-либо кажущуюся заслуживающей доверия планету, желательно досконально изучить ее с орбитальной станции, посылая в течение длительного периода времени зонды для взятия проб в атмосфере и приборы для обследования поверхности. Контакты с чужеродной цивилизацией следует устанавливать с максимальной осторожностью, не только для защиты или страховки человечества от неизвестных факторов, но также и для того, чтобы избежать каких-либо вредных воздействий на местное население в связи со встречей коренных обитателей планеты с совершенно иной культурной системой. Лишь после продолжительного изучения всех обстоятельств можно решить вопрос о целесообразности контактов с обитателями этой планеты или же о желательности покинуть ее, ничем не выдав своего посещения.

Так как технические возможности выведения полезного груза на орбиту со все большими скоростями постоянно увеличиваются, то в конце концов, очевидно, наступит и такой момент, когда станут реальностью и межзвездные полеты. Правда, пока мы едва достигли такой уровня техники, при котором уже можно сконструировать ракетный корабль, способный вынести небольшой груз за пределы Солнечной системы*). Однако его скорость на расстоянии, эквивалентном орбите Плутона, будет очень малой по сравнению со скоростью света. Следовательно, полет даже к самым близким звездам потребовал бы многих тысячелетий, т. е. пока такое путешествиене стоит даже обсуждать. Но если у нас есть уверенность в способностях человека, в его уме, а эта уверенность подтверждается всем ходом технического прогресса за последние 400 лет, то мы имеем право быть оптимистами в отношении возможных в будущем полетов к звездам. Полеты со скоростями, близкими к скорости света, не нарушают ни одного из известных законов физики, но для ускорения до таких скоростей необходима огромная энергия. Поэтому должны быть сделаны поистине эпохальные открытия в науке в технике, прежде чем такие полеты можно будет считать практически осуществимыми. Ну а если у нас будет возможность посылать небольшие грузы на межзвездные расстояния при скоростях порядка одной десятой скорости света и больше, мы сможем попытаться направить непилотируемые зонды в окрестности самой близкой и самой перспективной в этом смысле звезды с целью сообщить на Землю о господствующих там условиях. Вслед за благоприятными отчетами могут последовать пилотируемые экспедиции к тем системам, которые покажутся нам наиболее обещающими в свете требований астрофизики и общей планетологии, наше знание которых к тому времени значительно возрастет.

*) Космический аппарат “Пионер-10”, запущенный в 1972 г., выйдет за пределы Солнечной системы. (Прим. ред.)

Требования к скорости и техническим средствам осуществления такого полета будут зависеть от того, насколько далеко окажется следующая перспективная планета, и от того, за какой срок можно будет совершить это путешествие. Если мы согласны провести в пути 20 лет, то путешествие к звездам, отстоящим от нас на 4 световых года, можно было бы совершать со скоростью, равной половине скорости света; полеты к звездам на расстоянии в 15 световых лет можно было бы осуществить со скоростью трех четвертей скорости света. Однако при еще больших скоростях начнет проявляться релятивистское сжатие времени, и путешественнику, участвующему в таком полете, покажется при возвращении на Землю, что прошло меньше времени, чем наблюдателю, не покидавшему ее. Таким образом, если будут доступны скорости, близкие к скорости света, то огромные расстояния (с точки зрения связанного с Землей наблюдателя) можно будет преодолевать за какие-нибудь 20 лет (с точки зрения путешественника).

Однако даже при гораздо меньших скоростях космических кораблей реальная длительность полета, возможно, будет сокращена благодаря развитию “кибернетических” методов или их эквивалента*).


Виды пригодных для жизни планет

Если развивавшиеся здесь идеи правильны, то наиболее распространенным видом планет, пригодных для жизни, должны быть планеты, подобные Земле. У типичной пригодной для жизни планеты масса должна быть примерно такой же, как у Земли, хотя в среднем масса может быть и немного меньше, и похожая на земную атмосфера, и аналогичная смена дня и ночи, солнце ана-

*) Эти краткие рассуждения имеют иллюстративный характер, так как в настоящее время вряд ли имеет смысл вообще обсуждать возможность межзвездных полетов человека — в обозримом будущем они крайне маловероятны, а уровень техники за пределами этого обозримого будущего абсолютно непредсказуем. (Прим. ред.)

логичных размера и видимости, а также умеренный наклон плоскости орбиты к экватору планеты и средний эксцентриситет ее орбиты. Обычными должны быть также смена времен года и такие явления, как океаны, ветер, заход Солнца, радуга, пляж, голубое небо, звездные ночи, пустыни, горы, вулканы, землетрясения, дожди, молнии, реки, облака, а также снег и лед в холодных областях. Короче говоря, большинство физических и метеорологических явлений, к которым мы привыкли, должны быть известны и на большинстве других пригодных для жизни планетах. Если же говорить о живых существах — аборигенах этой планеты, то, конечно, последние могут очень сильно отличаться друг от друга в зависимости от пути, которым шла эволюция в данных конкретных условиях. Равным образом можно рассчитывать, что на каждой планете найдутся организмы, осуществляющие фотосинтез, и формы животных, способных к выживанию практически в каждой возможной экологической нише: морские и сухопутные создания, воздушные формы жизни и т. д. Несмотря на различие в деталях, можно думать, что основные виды живых организмов имеют ряд общих характерных признаков, например быстро плавающие морские виды будут иметь обтекаемые формы, у сухопутных животных, как правило, есть конечности, а у видов, быстро перемещающихся в воздухе,— крылья.

Однако не стоит надеяться на то, что на других планетах мы найдем любые классы, семейства, роды или виды растений или животных, к которым мы привыкли на поверхности Земли. От мельчайших бактерии до гигантских млекопитающих (китов) — все эти животные являются произведениями жизни на Земле. Всякая планета, на которой происходило развитие живых организмов, должна иметь свою собственную особую классификацию (таксономия). Там обязательно должны быть автотрофы (виды живых организмов, которые используют для питания только неорганические вещества), и можно рассчитывать найти гетеротрофы (паразитические формы жизни, которые питаются автотрофами или другими гетеротрофами).

Наряду со специфическими для каждой данной планеты формами жизни многие из них обязательно будут иметь и сходные черты. Однако среди шестисот миллионов пригодных для жизни планет, которые, как мы только что подсчитали, существуют в нашей Галактике, вероятно, могут найтись также необычные и редкие виды. Некоторые из них описываются ниже.

Планета-спутник может оказаться пригодной для жизни, если она движется по орбите вокруг массивной гигантской планеты (подобной Юпитеру), причем ее вращение по отношению к этой планете остановлено, но она вращается по отношению к своему солнцу. Такая планета-спутник имела бы необычные циклы смены света и тьмы на стороне, обращенной к ее компаньону; затмения солнца происходили бы ежедневно (если только орбита планеты-спутника не слишком сильно наклонена по отношению к орбите ее компаньона), и преобладали бы ночи с исключительно большой и яркой “луной”. Сторона, противоположная компаньону, имела бы более обычные циклы смены “день—ночь”.

Планеты-близнецы — две пригодные для жизни планеты, обращающиеся вокруг их общего центра масс; их вращение друг относительно друга остановлено.

Планета с двумя солнцами — пригодная для жизни планета, движущаяся по орбите вокруг двух звезд, которые очень близки друг к другу. Тесные двойные (отстоящие друг от друга, скажем, на несколько миллионов километров) создают несколько усложненный распорядок восходов и заходов солнца для пригодной к жизни планеты, обращающейся вокруг них, и необычные для нас изменения интенсивности света, когда эти звезды затмевают друг друга; но в остальных отношениях эти звезды могут и не оказывать существенного влияния на условия на поверхности планеты.

Планета в широкой двойной системе. В этом случае пригодная для жизни планета, обращающаяся вокруг одной из звезд в двойной системе, имела бы очень светлые ночи в течение тех частей года, когда она проходит между этими звездами, и “обычные” темные ночи, когда как компаньон, так и главное тело находятся ниже линии горизонта. Например, с пригодной для жизни планеты, обращающейся вокруг а Центавра А, компаньон В будет казаться переменной звездой с изменением блеска от —18m до —20m в зависимости от того, будут ли обе звезды в апоастре или периастре (сравните эти цифры с освещенностью от полной Луны; звездная величина —12m и от Солнца — звездная величина —26m,8).

Планета с очень большим наклоном экватора, для того чтобы оказаться пригодной для жизни, должна быть очень ограничена в отношении возможного радиуса орбиты, но и тогда при выполнении этого условия только малая доля ее поверхности может быть обитаемой. Например, на планете с наклоном экватора 75° при оптимальном ее расстоянии от солнца пригодной для жизни будет лишь полоска между широтами 14°N и 14°S. На более высоких широтах зимой было бы слишком холодно. Видимые сезонные движения ее солнца и сезонные изменения температуры были бы чрезвычайно большими.

Планету с двумя пригодными для жизни поясами скорее всего следует искать среди объектов, у которых наклон экватора к плоскости орбиты мал, но движутся они близ внутреннего края соответствующей экосферы. На таких планетах должно быть очень жарко близ экватора и, следовательно, там можно жить только в средних или высоких широтах. Планета, ось которой наклонена так же, как у Земли (23°,5) но получающая при своем движении по орбите на 30% больше тепла, чем Земля, была бы пригодна для жизни только между широтами 51° и 66° (северными и южными) с широким поясом от 51° N до 51° S, невыносимо жарким в течение большей части года. В подобных условиях, с двумя далеко отстоящими друг от друга областями пригодности для жизни, весьма вероятно, что формы сухопутной жизни в этих двух областях могли бы развеваться более или менее независимо. Морские животные и некоторые воздушные формы жизни могли бы мигрировать между этими двумя областями, но сухопутные миграции были бы довольно эффективно остановлены тепловым барьером, воплощенным главным образом в пустынях, возможно, с небольшими “оазисами” пригодности для жизни на плоскогорьях.

Еще одна возможность пригодной для жизни планеты — планета, окруженная кольцами. Нам известно очень немного о происхождении и составе красивой кольцевой системы Сатурна. Ее существенной особенностью является тот факт, что все кольца целиком находятся внутри предела Роша (приблизительно на расстоянии в 2,45 радиуса планеты от ее центра). Весьма возможно, что вероятность иметь кольцо у массивных сплюснутых планет больше, чем у планет, подходящих для жизни. Однако можно предположить, что у некоторых пригодных для жизни планет также могут быть плоские экваториальные кольца внутри их предела Роша, хотя эти кольца, вероятно, не должны быть так плотно заполнены частицами, как кольца Сатурна.

Вероятно, возможны и другие особые типы планет, пригодных для жизни. Поскольку, как мы считаем, океаны являются продуктами вулканической активности, а она в свою очередь зависит от массы планеты, то планеты с большими g и малыми g (в диапазоне пригодности для жизни) можно в какой-то мере соответственно отождествлять в основном или с планетами океаническими, или с сухопутными. На планетах с более обширными океанами, чем на Земле, у которых, скажем, 90% площади поверхности занято океаном, и 10% — сушей, континенты могут быть весьма удалены друг от друга и не связаны никакими перешейками. При такой предельной изоляции развитие форм жизни па суше на одной и той же планете могло идти почти независимыми эволюционными путями. О то же время планеты, водные бассейны которых гораздо меньше, чем на Земле, могут иметь не взаимопроникающие океаны с изолированными формами морской жизни и независимыми эволюционными путями их развития. В отсутствие глобальной океанической циркуляции температурные циклы стали бы более резкими (т. е. более континентальными в противоположность морскому климату). Большая доля поверхности суши, вероятно, была бы пустыней, а главные пригодные для жизни области в основном были бы сосредоточены поблизости от внутренних морей.

Наше Солнце находится в сравнительно бедно населенном звездами секторе Галактики — в одной из ее спиральных ветвей, причем довольно далеко от центра — у наружного края диска. Поэтому на нашем ночном небе относительно немного звезд по сравнению с небом планет, находящихся в других областях Галактики. В ясную ночь из данной точки на Земле невооруженным глазом видно примерно двадцать пять сотен звезд ярче 6m,5. Гораздо более впечатляющим зрелищем было бы ночное небо, видимое с пригодных для жизни планет, находящихся в шаровых скоплениях или близ центра Галактики. Айзек Азимов (1958) оценил, что над горизонтом планеты, находящейся близ галактического центра, фактически было бы видно около 2 млн. звезд ярче 6m,5. Согласно подсчетам того же Азимова свет звезд па таком небе был бы примерно эквивалентен свету от Луны в полнолуние. Вероятно, его оценка нуждается в некоторой поправке, так как надо учесть, что рассеянный свет помешает нам видеть звезды, за исключением самых ярких. Звезды, менее яркие чем 2m,5 вероятно, вообще нельзя было бы увидеть на фоне чрезвычайно интенсивного свечения ночного неба. Однако звезд ярче этой предельной величины все равно насчитывалось бы тысяч тридцать, т. е. примерно в 10 раз больше, чем можно увидеть в самую темную ночь с Земли.

Между тем, на ночном небе планет, обращающихся вокруг звезд, погруженных в запыленные области (темные туманности) Галактики, может вообще не быть звезд. А у пригодных для жизни планет, обращающихся вокруг звезд, находящихся на самой периферии Галактики, на одной половине небесной сферы звезды будут, а на другой — нет. Для человека, смотрящего в сторону “от Галактики”, ночное небо освещали бы (не считая местных планет) только шаровые скопления, которые как бы окаймляют нашу Галактику, или же далекие островные вселенные, среди которых лишь очень немногие едва видны невооруженным глазом.


Изменения в человеке при новых окружающих условиях

Человек, подобно другим формам живых организмов на Земле, очень хорошо приспособился к тем окружающим условиям, которые мы привыкли называть нормальными. И хотя нормальные условия для эскимосов, аборигенов Австралии, африканских пигмеев или индейцев в Высоких Андах, казалось бы, совершенно различны, все они, если рассматривать их с астрономической точки зрения, относятся к одному и тому же довольно узкому диапазону. Все упомянутые народы занимают более или менее крайние экологические зоны, но все они приспособились к этим условиям постепенно, вероятно, на протяжении многих поколений в ходе естественного отбора особей, которые могли легко переносить предельные окружающие температуры, ограничения в пище, сухость или низкое парциальное давление кислорода,— все те факторы, которые господствуют в перечисленных выше случаях.

А пионеры, осваивающие другие планеты, могут встретиться с еще большим разнообразием окружающих условий, чем на земной поверхности. При этом такой переход из одних условий в другие, в отличие от тех, которые испытали люди в ходе истории Земли, будет существенно более резким. Конечно, на стороне наших современников будет преимущество очень высокого уровня техники, которая облегчит им такой переход. Но если в этой случае не будут поддерживаться тесные контакты с населением земного шара и если окружающие условия окажутся сильно отличающимися от условии на Земле, то в человеческом организме, несомненно, должны произойти очень глубокие генетические сдвиги,

В будущем, когда межзвездные полеты станут реальной возможностью, может возникнуть, например, такая ситуация, что экспедиция найдет пригодную для жизни планету, а затем в силу случайного стечения обстоятельств или в соответствии с планом прервет связь с остальным человечеством на несколько сот лет.

Представим себе такую колонию, высадившуюся, например, на планету, где ускорение силы тяжести l,5 g. Если считать, что такая колония сможет выжить и будет приумножаться, то у людей обязательно должна возрасти сила мускулов, сократиться время реакций на внешние воздействия и увеличиться точность оценки движения окружающих предметов. Увеличилась бы также крепость внутреннего телосложения. На поверхности такой планеты из-за большей силы тяжести случайное падение было бы более опасный, чем на Земле, так как более вероятными были бы смертельные исходы или увечья. Вывихи, растяжения, выпадения внутренних органов, болезни спины, стопы и ног, варикозные вены и определенные тяготы, связанные с беременностью, были бы ощутимее, чем в более мягких по ускорению силы тяжести условиях Земли. При этом с неумолимый постоянством отбор благоприятствовал бы тем индивидуумам, которые оказались бы лучше приспособленными к жизни при больших ускорениях силы тяжести.

Как выглядело бы население через несколько поколений при этих окружающих условиях у наиболее приспособленных? Вероятно, руки и ноги стали бы более короткими, телосложение более компактным, кости более тяжелыми, чем у населения Земли. Опыты с цыплятами, проведенные Смитом и другими (Вундер, 1961), показали, что у экземпляров, выращиваемых при больших ускорениях силы тяжести, было замечено относительное увеличение размеров сердца и ног. Эти наблюдения, возможно, применимы также и к людям. Вследствие постоянного бремени тяжести у таких людей должна наметиться тенденция к лучшему развитию мускулатуры и меньшему развитию наружных жировых тканей, и так как во время беременности меньший ребенок в этом случае является преимуществом, средний вес взрослого человека должен постепенно уменьшаться до некоторого оптимального уровня.

Ну, а поскольку при большем ускорении силы тяжести на поверхности планеты предметы падают гораздо быстрее, естественный отбор будет благоприятствовать также людям с необычайно быстрыми мускульными реакциями. С изменением внешнего вида человека изменились бы также и общепринятые каноны женской красоты. Кроме того, если изоляция от Земли будет непрерывной в течение длительного времени, неизбежны разного рода малые генетические сдвиги в непредсказуемых направлениях. Такие сдвиги наблюдались статистически в небольших частично изолированных группах населения Земли, например в некоторых голландских общинах штата Пенсильвания. И если изоляция будет длительной и накопится достаточно генетических изменений, то при последующих контактах представителей такого изолированного населения с населением Земли, возможна их генетическая несовместимость. Таким образом, в итоге межзвездного путешествия может появиться разновидность человеческого рода, и хотя осуществление такой возможности, вероятно, потребовало бы разлуки на многие тысячелетия, все-таки этот процесс занял бы меньше времени, чем в условиях полной изоляции на Земле какой-то группы людей.

Иные окружающие условия привели бы к совершенно другим изменениям человека. Члены колонии, изолированной на планете с малым ускорением силы тяжести на поверхности, скажем с 3/4 g от нормального на Земле, испытывали бы меньшее, чем на Земле, напряженна от тяготения. Но при этом могло бы понизиться парциальное давление кислорода. В этом случае естественный отбор мог оказаться благоприятным для индивидуумов с более эффективной дыхательной системой и, вероятно, с большей емкостью грудной клетки, легких и большим объемом обмениваемого при дыхании воздуха. При менее строгих требованиях к преодолению силы тяжести люди с более сильным телосложением не имели бы больших генетических преимуществ, и в основу вековых изменений телосложения населения легли бы, вероятно, другие факторы.

На небольшой планете, имеющей менее высокую и менее плотную атмосферу, а также более слабое магнитное поле, чем Земля, нормальный уровень фоновой радиации может оказаться существенно выше, чем на уровне моря на Земле. Причин для этого две. Во-первых, вследствие менее интенсивного гравитационного расслоения материалов горных пород в теле планеты а период ее формирования доля тяжелых минералов (в том числе радиоактивных веществ) в коре могла оказаться больше, чем на Земле. Во-вторых, при меньшей атмосферной защите от протонных вспышек, от первичных солнечных и галактических частиц космических лучей гораздо большее количество энергичных частиц из космоса может проникнуть к поверхности планеты. Собственно, можно ожидать ускорения мутаций и, возможно, ускорения темпов эволюции.

Вообще говоря, даже без генетических и мускульных изменений способность человека совершать те или иные физические действия на планете с иным ускорением силы тяжести должна заметно отличаться от проявляемой на Земле. Это предположение легко проиллюстрировать на основе регистрограмм, сделанных на беговых дорожках и стадионах для различных видов легкой атлетики. Для таких видов, как толкание ядра, метание копья и метание диска, максимальный диапазон броска обратно пропорционален g. Если, например, человек может на Земле метнуть копье на 85 м, то на планете с силой тяжести 3/4 g он мог бы бросить его примерно на 115 м, но всего на 57м — на планете с 1,5 g. Для прыжков в высоту соотношение не столь просто, так как человек должен поднять свой собственный центр масс примерно на 30 см над регистрирующей высоту планкой, между тем, когда он начинает своя прыжок, его центр масс уже возвышается примерно на 1 м над уровнем почвы. Если мы предположим, что сила одна и та же, что прыгун перед прыжком приседает примерно на 50 см и что его рекорд для прыжков в высоту есть 1 м 68 см, то на планете с 0, 75 g его рекордный прыжок в высоту составлял бы около 2м 16 см) а на планете с 1,5 g — всего 1 м 16 см. Для бега соотношения менее ясные, хотя интуиция подсказывает, что на планете с низким g люди могли бы бегать быстрее, а на планете с высоким g — медленнее, чем на поверхности Земли.


Глава 8
ПОХВАЛЬНОЕ СЛОВО ЗЕМЛЕ

Мы живем на Земле, и потому относимся к ней как к чему-то привычному, неотъемлемому от нас. Мы любим сетовать на погоду и не обращаем никакого внимания на великолепие закатов, пейзажей, красоту окружающей нас природы, моря и даже перестали удивляться разнообразию видов живой природы, обитающих на Земле. Это, конечно, естественно, поскольку мы сами — в известном смысле порождение Земли и развивались в гармонии с окружающими нас условиями. И так как Земля — наш дом, то все, что окружает нас, кажется нам самым обыкновенным. Ну а насколько иным стал бы этот привычный мир, если бы, например, хоть чуть-чуть изменились некоторые астрономические параметры?

Предположим (а может быть, где-то и есть такая планета), что первоначальная масса Земли была вдвое больше существующей, а значит, ускорение силы тяжести на поверхности было в 1,38 раза больше нормального для Земли, Как быстро осуществился бы тогда выход животной жизни из моря на сушу? И если эволюция морских видов жизни претерпела бы несущественные изменения, то у сухопутных форм живой природы строение тела должно было бы быть покрепче, а центр масс расположен ниже. Деревья должны были бы быть ниже и иметь стволы с сильной опорой. У сухопутных животных была бы тенденция к развитию более тяжелых костей ног, более сильной мускулатуры. Развитие летающих форм определенно было бы иным, соответствующим более плотному воздуху (большее аэродинамическое лобовое сопротивление) и большему ускорению силы тяжести (для поддержки данной массы нужна большая подъемная поверхность). Горообразующая деятельность могла бы происходить быстрее, но горы не могли бы быть столь же высокими при той же структурной прочности, выдерживающей их собственный вес; эрозия под действием дождей и наземных вод была бы сильнее, а более резкий градиент плотности в атмосфере мог бы изменить общую картину закономерных изменений погоды; высота волн в океанах была бы ниже, а траектории брызг — короче, что привело бы в результате к уменьшению испарения и большей сухости атмосферы, облачный покров стал бы ниже. Отношение “суша/море”, вероятно, было бы меньше. Длина сидерического месяца сократилась бы с 27,3 до 19,4 суток (если расстояние Луны от Земли осталось бы прежним). Были бы другими магнитное поле Земли, толщина ее коры, размер ее ядра, распределение минеральных осадочных пород в ее коре, уровень радиоактивности в горных породах и размеры ледниковых шапок на островах в полярных областях. Конечно, двойник человека (если мы считаем, что люди все-таки появились бы при этих окружающих условиях) имел бы совершенно другую внешность и совсем другой характер культуры.

И, наоборот, предположим, что Земля в начальный момент своего развития имела бы половину современной массы. Тогда ускорение силы тяжести на ее поверхности составляло бы 0,73 нормального на Земле. Под влиянием более слабого тяготения, более тонкой атмосферы, ослабления эрозии падающей воды и, вероятно, увеличенного уровня фоновой радиации, обусловленного большей радиоактивностью в коре и солнечными космическими частицами, ход эволюции и геологическая история оказались бы иными. Была бы эволюция более быстрой? Был бы выход животных из моря на сушу и вторжение различных форм в экологические ниши, открытые видам, обитающим в воздухе, более ранним? Несомненно, скелеты животных были бы легче, а деревья, вообще говоря, были бы высокими, но хилыми; и, разумеется двойник человека на такой планете был бы во многих отношениях другим.

А что было бы, если бы наклон земного экватора первоначально был равен не 23,5°, а 60°? Все сезонные метеорологические изменения сохранились бы, но были бы невыносимы для нас, и единственной климатической областью, подходящей для той жизни, которую мы знаем, был бы узкий пояс в пределах ±5° от экватора. Остальная часть планеты была бы или слишком жаркой, или слишком холодной в продолжение большей части года, а при таком узком диапазоне условий пригодности для жизни, последняя, вероятно, возникала бы с большим трудом и развивалась бы медленно.

Наклон экватора к плоскости орбиты, с самого начала равный 0°, не повлиял бы на ход развития форм жизни сколь-нибудь значительным образом. Явление смены времен года было бы неизвестно; а вот предсказывать погоду было бы, несомненно, гораздо легче, да она была бы и более постоянной. В пределах ±12° от экватора жить было бы невозможно из-за жары, но это уменьшение полезной площади для жизни частично компенсировалось бы улучшением условий в приполярных областях.

Предположим теперь, что среднее расстояние Земли от Солнца было бы на 10% меньше, чем оно есть на самом деле. Для жизни было бы тогда пригодно менее 20% площади поверхности (только между широтами 45 и 64°). Следовательно, для жизни были бы благоприятны лишь две узкие полоски суши, разделенные широким невыносимо жарким барьером. В этих двух полосках жизнь на суше могла бы развиваться своими путями. Так как полярных льдов не существовало бы, то уровень океана был бы выше, а доля площади суши меньше, чей сейчас.

Если бы Земля была на 10% дальше от Солнца, чем сейчас, пригодными для жизни были бы области в пределах 47° по обе стороны от экватора. (Существующая граница пригодности для жизни, как полагают, в среднем отстоит от экватора на 60°).

При значительно большей скорости вращения Земли (длительность суток 3 часа вместо 24 часов) стала бы очень заметной ее сплюснутость, и изменение ускорения силы тяжести с широтой стало бы существенным для путешественника. Зато колебание температуры от дня к ночи стало бы небольшим.

С другой стороны, если бы скорость вращения Земли замедлилась, и длительность суток стала бы равной, например, 100 часам, колебания температуры от дня к ночи стали бы очень резкими, а циклические изменения погоды имели бы более четко выраженную связь со временем суток. Солнце казалось бы ползущим по небу, и лишь немногие формы жизни смогли бы перенести и жару длинного дня, и холод длинной ночи.

Эффекты уменьшения эксцентриситета земной орбиты до нуля (от его настоящей величины 0,0167) были бы едва заметными. Даже если бы эксцентриситет орбиты увеличился до 0,2 без изменения длины большой полуоси орбиты (в этом случае перигелий совпадал бы с точкой летнего солнцестояния в северном полушарии), то и это не подействовало бы каким-либо значительным образом на пригодность пашей планеты для жизни.

Увеличение массы Солнца на 20% (и среднего радиуса орбиты Земли до 1,408 а.е., что позволяет сохранить солнечную постоянную на ее современном уровне) привело бы к увеличению периода обращения до 1,54 года и уменьшению видимого углового диаметра Солнца до 26' (вместо существующих 32'). Наше главное тело было бы тогда звездой класса F5 с полным временем жизни на главной последовательности около 5,4 млрд. лет. Так как при современных параметрах возраст Солнечной системы оценивается в 4,5 млрд. лет, то при таких изменениях Земля могла бы надеяться еще на миллиард лет в своей истории. Однако поскольку точность этих оценок в действительности не известна, то ошибка в 10% в любом направлении может означать близкий конец жизни на Земле. Звезда класса F5 вполне может быть “активнее” нашего Солнца, что повлекло бы за собой более высокую температуру экзосферы в атмосфере планеты. Однако этот вопрос в настоящее время еще далеко не ясен, поэтому не стоит спешить с выводами. Можно думать, что за исключением большей длины года, меньшего видимого размера Солнца, его более ярко-белого цвета в указанной опасности более быстрого сгорания, в жизни на Земле могло ничего не измениться.

Если бы масса Солнца была меньше на 20%, то радиус орбиты Земли (а его на этот раз для компенсации следует уменьшить) составлял бы 0,654 а.е. Год в этом случае длился бы 0,59 современного года (215 суток), а видимый угловой диаметр Солнца был бы равен 41'. Главное тело было бы спектрального класса G8 (т. е. чуть желтее, чем Солнце теперь) с продолжительностью жизни на главной последовательности 20 млрд. лет. Океанские приливы, создаваемые главным телом, были бы примерно такие же, какие теперь обусловлены Луной; следовательно, сизигийные приливы были бы несколько выше, а приливы в квадратуре — ниже, чем в настоящее время.

Ну, а если бы Луна находилась гораздо ближе к Земле, чем она находится в действительности? Скажем, ее расстояние от нас было бы не 384500 км, а 153000 км? Тормозящая сила приливов, вероятно, была бы достаточной для остановки вращения Земли по отношению к Луне, и сутки на Земле стали бы равны ее месяцу, который длился бы в этом случае 6,9 суток (сидерических). Следовательно, Земля была бы необитаемой.

Отдаление Луны имело бы гораздо менее заметные последствия; только месяц стал бы подлинее, да приливы пониже. А за пределами радиуса 718000 км Земля уже не смогла бы вообще удержать спутник на круговой орбите.

Увеличение массы Луны примерно в 10 раз при ее современном расстоянии вызвало бы эффект, аналогичный уменьшению ее расстояния от Земли. Сутки и месяц тогда были бы равны 26 дням. Уменьшение массы Луны повлияло бы только на приливы.

В общем и целом Земля — прекрасная планета для жизни на ней, как раз то, что нужно человеку. Практически любое изменение физических свойств, положения или ориентации нашей планеты привело бы к ухудшению жизненных условий. По-видимому, мы вообще не сможем найти планету, которая подходила бы нам лучше, хотя кое-кто из людей будущего, возможно, предпочтет жить на других планетах. Однако в настоящее время Земля — наш единственный дом, и мы хорошо сделаем, если будем охранять ее богатства и разумно используем ее ресурсы.


Глава 9
СУДЬБА ЧЕЛОВЕЧЕСТВА
*)

Еще очень и очень долго большая часть человеческого рода будет жить на поверхности Земли. Тем не менее когда-нибудь в будущем возможно переселение людей на планеты, движущиеся вокруг других звезд, и в конце концов количество людей, живущих на этих планетах повсюду во Вселенной, может превысить население Земли.

В своей книге “Последующие миллионы лет” Чарльз Дарвин даже не упоминает о космических полетах, а сосредоточивает все свое внимание на будущей истории человечества на Земле. Однако спустя какое-то длительное время отбытие в космос, возможно, окажется самой крупной эмиграцией в истории человечества. Вероятно, для абсолютного большинства населения, которое останется на Земле, это утверждение покажется сомнительным, но именно так следует оценивать это событие тем из людей (и их потомков), которые выберут путешествие в космос, с тем чтобы положить начало новым обитаемым мирам среди звезд и новым базам, с которых будет дан старт другим межзвездным экспедициям, что постепенно приведет к расширению освоенного космического пространства.

*) Соображения автора, приводимые здесь, весьма наивны. Вряд ли судьба всего человечества будет зависеть от возможностей межпланетных полетов. (Прим. ред.)

Население Земли не сможет продолжать расти бесконечно при существующем темпе роста (1,5—2% ежегодно). В течение ближайших нескольких лет будет достигнут верхний предел, и население тем или иным образом должно стабилизироваться (здесь речь не идет о катастрофах, которые могут быть вызваны самими людьми). Останется ли Земля при этом по-прежнему приятным местом для жизни, неясно. Несомненно, она будет гораздо плотнее заполнена людьми, чем теперь, и неизбежно будут расти побудительные мотивы для пионеров искать для себя и своих семей новую жизнь среди звезд. Однако, как уже отмечалось другими авторами, мы не можем смотреть на космические полеты как на решение проблемы перенаселенности Земли. В 1969 г. население Земли прошло “отметку” в 3,5 млрд. человек, и ежегодный полезный прирост был оценен в 1,9% или почти 70 млн. человек в год.

Чтобы сохранить население Земли на постоянном уровне, соответствующем настоящему времени, потребовалась бы эмиграция почти 190000 человек в сутки. Ясно, что подобная концепция неприемлема. В следующем столетии, если прирост населения останется таким же, то для сохранения населения Земли постоянным и равным 20 млрд. человек, эмиграция должна достичь миллиона человек в сутки. Впрочем, данные о современных тенденциях роста населения никак нельзя использовать для предсказания населения Земли в будущем.

Если человек научится двигаться в космическом пространстве со скоростью, близкой к четверти или половине скорости света, то даже при длительных остановках около планет можно было бы обследовать Галактику и заселить все пригодные в ней для жизни планеты на какой-нибудь миллион лет. Правда, пройдет немало времени, прежде чем техника продвинется вперед настолько, что скорость передвижения людей в Галактике станет значительно большей, чем в настоящее время, хотя последующая история человечества весьма возможно будет написана среди звезд.

Каждая новая ступень на пути продвижения человека вперед к звездам в неисследованные области Галактики означает процесс отбора лучших. Только люди безрассудно смелые, уверенные в себе, любознательные, отважные и закаленные решатся добровольно отправиться в экспедицию, исход которой неизвестен, и основой отбора для похода должны быть хорошее состояние здоровья, высокая профессиональная подготовка, эмоциональная уравновешенность, основательность суждений и т. п. Такой принцип отбора оправдан тем, что подобная экспедиция всегда будет большим и дорогостоящим предприятием — предприятием чрезвычайно важным, будет ли оно финансироваться частным лицом или государством, и поэтому доверить его можно только самым знающим и надежным людям. Все эти качества будут так или иначе передаваться по наследству их потомкам, и в результате этого процесса отбора те, кто находится на гребне волны, несущей человечество через Галактику, будут представлять самые лучшие черты людей.


ПОСЛЕСЛОВИЕ РЕДАКТОРА

Итак, автор этой книги пришел к следующим выводам — в вашей Галактике около 600—700 млн. планет, пригодных для жизни человека, на которых, вероятно, развались какие-то формы жизни. Среднее расстояние между такими планетами около 24 световых лет и вероятность встретить пригодную для жизни планету в окрестности какой-либо из ста близких к Солнцу звезд равна 43%!

Затем автор полагает, что вероятность появления разумной жизни на планете путем эволюции более примитивных ее форм ничтожно мала — из 600—700 млн. пригодных для жизни планет едва ли только на одной планете, нашей Земле, и появилась разумная жизнь. Теперь человечество, по мысли автора, может задуматься о колонизации каких-либо из остальных, пригодных для жизни планет. Так ли все это?

По нашему мнению, первый и основной результат автора в достаточной мере правилен и более или менее обоснован — в нашей Галактике, по всей вероятности, действительно имеется несколько сот миллионов планет с пригодными для жизни человека условиями. Но допущение автора о ничтожно малой вероятности появления разумной жизни путем эволюции, которое, кстати, ничем не обосновывается, представляется по крайней мере чересчур пессимистичным. В самом деле, в пока единственном известном нам случае астрономического тела, на котором возникла жизнь, появилась и разумная ее форма. Правда, именно поэтому мы вообще рассуждаем о жизни на планетах.

По-видимому, вероятность эволюции к разумной форме жизни не слишком велика, но вряд ли она и ничтожно мала. Можно ли оценить эту вероятность? Надежных данных для этого пока нет, но некоторую субъективную оценку все же можно получить.

Жизнь на нашей Земле эволюционирует в разных формах не менее одного миллиарда лет, а возможно, и заметно дольше. И только в последние один-два миллиона лет появилась и эволюционирует разумная жизнь. Можно рассуждать так. Если вероятность эволюции до разумной жизни была бы велика, то можно было бы ожидать более раннего появления человека. С другой стороны, при очень малой вероятности появления разумной жизни вряд ли вообще на Земле появился бы человек. При этом надо иметь в виду, что появление первобытного человека ни в коем случае не есть некоторый скачкообразный процесс, принципиально отличный от предыдущих этапов эволюции жизни. Когда мы говорим об эволюции жизни до ее разумной формы, то мы учитываем, что появление этой формы предполагает, что эволюция проходит достаточно быстро все промежуточные этапы.

Можно, конечно, ожидать, что в некоторых случаях обезьяны появятся, а человек нет, но вряд ли есть основания считать, что вероятность эволюции до появления обезьян на порядки величин больше, чем вероятность эволюции до появления человека. Подобные рассуждения позволяют принять для оценки вероятности появления разумной жизни величину отношения длительности эволюции человека к длительности эволюции жизни, т. е. в случае Земли величину порядка 10-3.

Если это так, то в нашей Галактике имеется несколько сот тысяч планет, на которых в течение всего времени их эволюции появилась разумная жизнь. Примем для осторожности, что число планет с разумной жизнью в Галактике порядка 105. Если эти планеты расположены в пространстве более или менее случайно, то среднее расстояние между такими планетами составляет около 500 световых лет.

Вероятно, разумная жизнь, раз возникнув на соответствующей планете, достигнет в конце концов развитой технологической цивилизации. Законы развития внеземных цивилизаций, вероятно, похожи на законы развития нашей земной цивилизации, и поэтому они тоже встретились с теми же трудностями, что и мы, и подумали о тех же способах преодоления проблем перенаселенности и загрязнения среды.

В нашей Галактике возможно существование около 105 развитых внеземных цивилизаций, и пока непохоже на то, чтобы хотя бы одна из них стала заниматься колонизацией планет других систем в сколько-нибудь значительных масштабах. Подобная операция, вероятно, привела бы к последствиям, которые можно было бы заметить при астрономических и особенно радиоастрономических наблюдениях. Конечно, здесь ничего нельзя утверждать с уверенностью, по все же, по нашему мнению, вряд ли и наша земная цивилизация когда-либо станет переселяться на другие планеты в качестве панацеи для преодоления возникающих в процессе социального развития человечества трудностей”

Но и оставаясь в пределах своей “материнской” планеты, внеземная цивилизация имеет возможность па определенном уровне своего развития посылать информацию о себе в окружающее пространство с целью ознакомления со своими достижениями других внеземных цивилизаций. Делают ли это внеземные цивилизации в настоящее время (если они действительно существуют) или нет — решить на основе теоретических или логических соображений невозможно. Но искать такие сигналы, посылаемые в пространство внеземными цивилизациями, несомненно, нужно.

Так возникла “проблема CETI”, проблема поиска сигналов внеземных цивилизаций. Всерьез об этой проблеме заговорили с 1959 г., когда Коккони и Моррисон предложили искать сигналы внеземных цивилизаций на волнах, близких к линии радиоизлучения водорода с длиной волны 21 см, С тех пор на эту тему было написано несколько книг *).

*) И. С. Шкловский, Вселенная, жизнь, разум, 3-е изд., “Наука”, 1973; сб. “Внеземные цивилизации”, под ред. С. А. Каплана, “Наука”, 1969; Л. М. Гиндилис, Космические цивилизации, “Знание”, 1973; Н.Т. Петрович, Кто Вы?, “Молодая гвардия”, 1971. (Прим. ред.)

Состоялось и несколько конференций, в том числе и международных, на которых обсуждались проблемы поиска сигналов внеземных цивилизаций. Особенно интересным был советско-американский симпозиум, состоявшийся в Бюракане (Армения) в сентябре 1971 г. Труды этой конференции, которые на русском языке будут опубликованы в 1975 г., содержат много интересных высказываний, В какой-то мере обсуждение вопросов развития внеземных цивилизаций и поиска генерируемых ими сигналов составляет теперь нечто вроде нового раздела науки, для которой уже предлагались особые названия, типа “космософия”, “экзосоциология” и др. Но, по-видимому, установился термин “проблема CETI”.

Читатель может познакомиться со многими соображениями, высказанными при обсуждении этой проблемы, по цитированным выше книгам. Конкретных результатов здесь, конечно, еще нет — пока не обнаружено никаких сигналов и не получено ни одного указания на существование где-либо и какой-либо формы жизни, кроме, конечно, как па нашей Земле. Поэтому не будем здесь приводить эти соображения. Но поскольку эта книга посвящена количественной оценке пригодных для жизни человека планет и поскольку выше мы уже привели оценку возможного числа внеземных цивилизаций в нашей Галактике (~105), то стоит уже пойти до конца и оценить число внеземных цивилизаций, сигналы которых мы можем надеяться принять.

Эта оценка зависит от самого неопределенного во всей проблеме CETI параметра — времени жизни технологически развитой цивилизации. В самом деле, можно рассчитывать принять сигналы только от такой другой цивилизации, которая существует одновременно с нашей, или несколько раньше, с учетом времени запаздывания распространения сигналов в межзвездном пространстве.

Если время жизни развитой цивилизации невелико, то и вероятность встретить одновременно существующую внеземную цивилизацию достаточно мала. Об оценке времени существования технологически развитой цивилизации можно только гадать. Большинство высказывавшихся по этому вопросу предполагает, что развитая цивилизация существует не больше сотни тысяч лет. Астрономическая шкала времени эволюции жизни вообще порядка 109 лет. Отсюда следует, что вероятность того, что на выбранной наугад пригодной для человека планете возникнет разумная жизнь и цивилизация в промежуток времени, в течение которого их сигналы могут приниматься на Земле в настоящее время, порядка 10-5.

Итак, можно рассчитывать, что в настоящее время в нашей Галактике есть примерно 10 внеземных цивилизаций, достаточно далеко продвинувшихся в своем развитии для того, чтобы посылать в пространство интенсивные сигналы, рассказывающие об опыте своего развития. Среднее расстояние такой цивилизации от Земли порядка десятка тысяч световых лет. Очень далеко, но попытаться поймать их сигналы все же следует. К этому выводу и пришли радиоастрономы, разрабатывающие сейчас конкретные планы поиска сигналов внеземных цивилизаций.


СЛОВАРЬ СПЕЦИАЛЬНЫХ ТЕРМИНОВ

Автотроф — живой организм, использующий в качестве пищи только неорганические вещества в противоположность гетеротрофам, аллотропам, паразитам а сапрофитам.

Аккреция — выпадение на поверхность звезды и планеты вещества из окружающего их пространства благодаря их притяжению.

Альбедо — отношение количества света, отраженного от неполированной поверхности, к общему количеству уставшего на нее света.

Апоастр — точка на орбите двойной звезды, в которой одна из звезд отстоит дальше всего от своего главного тела; противоположность апоастру — периастр.

Астероид — одна из многочисленных малых планет, почти все орбиты которых проходят между орбитами Марса и Юпитера.

Астрономическая единица—единица длины, равная среднему радиусу земной орбиты; сокращенное обозначение —а. е.; 1 а. е. равна 149,6 млн. км.

Афелий — точка планетной орбиты, наиболее удаленная от Солнца; наиболее близкая точка орбиты к Солнцу—перигелий.

Белые карлики — класс небольших очень плотных звезд низкой светимости, состоящих, как полагают, из сжатого вырожденного газа и представляющих завершающие стадии звездной эволюции, когда выгорает все ядерное топливо. Белые карлики названы “умирающими” звездами, так как они остыли и светят только благодаря теплу, генерируемому в результате заключительного гравитационного сжатии.

Большая полуось — половина большей оси эллипса.

Видообразование — эволюционный процесс, в ходе которого сформировались виды,— процесс, при котором закрепляется разнообразие видов.

Визуальная двойная—пара звезд, которую можно увидеть как две отдельные звезды при помощи телескопа.

Вселенная — все, что существует,—весь космос.

Вращение — движение тела вокруг проходящей через него оси.

Вспышки — (обычно подразумеваются солнечные хромосферные вспышки) взрывы на Солнце, обычно наблюдаемые над солнечными пятнами или поблизости от них. Вспышки наблюдаются через непредсказуемые интервалы времени, длятся от нескольких минут до часа и более и испускают протоны высоких энергий, которые представляют одну из самых серьезных опасностей пилотируемого космического полета.

Галактика — большая система звезд. Уже сфотографированы сотни тысяч галактик. Наша Галактика — Млечный Путь, членом которой является и наше Солнце, включает в себя все звезды, которые доступны наблюдениям с Земли невооруженным глазом, и большинство объектов, которые можно увидеть с небольшим телескопом. Наша Галактика в плане имеет спиральную структуру, а сбоку по форме похожа на линзу. Ее диаметр — около 100000 световых лет, а толщина— 10000 световых лет. Солнце находится на расстоянии примерно 30000 световых лет от центра Галактики. В Галактике содержится примерно 100 млрд. звезд.

Гелиоцентрический — относящийся к Солнцу как к центру или как к центральной точке системы отсчета.

Геоцентрический — относящийся к Земле как к центру или как к центральной точке системы отсчета.

Гетеротроф—организм, который получает питание из внешних источников, используя для пищи сложные органические вещества, например животных, или некоторые растения, полностью или частично обходящиеся без фотосинтеза,

Гипоксия — кислородная недостаточность в крови, клетках или тканях.

Длина свободного пробега — среднее расстояние, которое частица (например, молекула) проходит между двумя последовательными столкновениями с другими аналогичными частицами.

Задача трех тел — задача предвычисления положений и движения каждого из трех тел, притягивающих друг друга в соответствии с законом тяготения.

Закон Боде— (назван так в честь немецкого астронома Боде) приближенное эмпирическое выражение для описания относительного расстояния планет от Солнца. Этот закон впервые был обнаружен немецким математиком Тициусом (1729—1796).

Звездная величина —мера относительного блеска звезды. Абсолютная звездная величина — звездная величина звезды, которую она имела бы, находясь на стандартном расстоянии 10 парсеков (32,6 светового года). Видимая звездная величина — это блеск звезды, каким его видим мы, т. е. с Земли. Абсолютная звездная величина Солнца равна 4m,8; его видимая величина равна — 26m. 8. Абсолютная звездная величина звезды М связана с ее светимостью L выражением М = 4m,8—2m,5 lgL. Абсолютная и видимая звездные величины связаны с расстоянием (в парсеках) D равенством М=m+5—5 lgD, где т — видимая звездная величина.

Звезды главной последовательности — звезды, которые находятся на сглаженной кривой, называемой главной последовательностью, на диаграмме Герцшпрунга — Рассела “абсолютная величина как функция спектрального класса”; полагают, что эти звезды находятся в устойчивой фазе своего развития. (После того как они “сожгут” определенную долю своего ядерного топлива, они переходят в неустойчивое состояние. Их температуры, диаметры и процессы в недрах быстро меняются, и они, превратись в красные гиганты, становятся переменными звездами. В конце концов, когда их ядерное топливо истощится, они превращаются в белых карликов, возможно, после того, как часть их массы окажется выброшенной в результате взрывообразного процесса).

Космогония — отрасль астрономии, изучающая происхождение и развитие космических тел.

Метеорит— каменное или металлическое тело, падающее на Землю из космического пространства.

Миллибар — единица давления, используемая в метеорологии,—тысячная доля бара (сокращенно мб). Бар равен 106 дин/см2. Нормальное атмосферное давление на поверхности Земли составляет 1013 мб.

Момент инерции—мера “реакции массы” на вращение. Момент инерции однородного сфероида, вращающегося вокруг своей полярной оси, равен 0,4 mr2 где m — масса тела, r— экваториальный радиус.

Наклон — угол между двумя плоскостями — плоскостью экватора планеты и плоскостью ее орбиты или угол между плоскостью планетной орбиты и основной плоскостью системы отсчета.

Небесная механика — отрасль астрономии, исследующая движения небесных тел под действием сил тяготения, в частности, например, орбиты планет.

Обращение — термин, в основном используемый для описания орбитального вращения, в отличие от вращения вокруг своей оси (например, обращение Земля вокруг Солнца).

Общая планетология — отрасль астрономии, изучающая физические и химические свойства планет.

Орбита — путь, описываемый небесным телом в его движении вокруг другого тела под влиянием гравитационного притяжения.

Орбитальная скорость — скорость, с которой тело движется по орбите. Круговая орбитальная скорость частицы равна (GM/R)1/2, где G — постоянная тяготения, М - масса притягивающего тела, R — расстояние от центра масс.

Освещенность— плотность светового потока на единицу поверхности—величина потока видимого света, падающего в единицу времени на единицу площади поверхности.

Отношение масс — в системе, содержащей два тела, отношение масс есть отношение массы меньшего тела к сумме масс обоих тел.

Параллакс — в общем случае кажущееся различие в положении небесного тела, когда оно рассматривается из разных пунктов. Гелиоцентрический параллакс — угол, под которым с данной звезды виден радиус земной орбиты; обычно измеряется тысячными секундами (дуги).

Парсек — единица измерения межзвездных расстояний — расстояние, на котором гелиоцентрический параллакс равен 1"; 1 парсек = 2,06·10 5 а. е. = 3,26 светового года = 3,08·1013 км = 3,08·10 18 см.

Парциальное давление— давление, создаваемое одним из компонентов газовой смеси. Парциальное давление равно концентрации данного частного компонента, умноженной на полное давление.

Перигелий — ближайшая к Солнцу точка планетной орбиты. Период—время, в течение которого планета или спутник совершает полное обращение вокруг своего главного тела.

Попятное движение — движение в направлении, обратном по отношению к общему направлению движения планет в Солнечной системе.

Постоянная тяготения — G равна 6,67·10-8 см3·сек2·г = 6,67·10-3 дин·см22.

Предел Роша — расстояние от центра планеты, равное примерно 2,45 ее радиуса, внутри которого жидкий спутник с такой же как у планеты плотностью был бы разорван на части ее приливообразующими силами.

Прямое движение— (в применении к телам, движущимся по орбитам) —движение в направлении общего движения планет. Например, если смотреть на Солнечную систему “сверху” — с севера, то планеты движутся вокруг Солнца в направлении “против часовой стрелки”. Луна движется вокруг Земли в направлении против часовой стрелки, поэтому ее движение характеризуется как прямое.

Равноденствие — момент, в который Солнце пересекает небесный экватор, тогда день равен по длительности ночи.

Радиус захвата — радиус, в пределах которого тело в отсутствие других сил тяготения должно захватывать частицу, сталкивающуюся с телом по касательной.

Рентген — единица, используемая в радиобиологии для измерения количества поглощенной радиации.

Ретролентальная фиброплазия — образование тканевых волокон позади глазной линзы, ведущее к слепоте,

Светимость — количество энергии, излучаемое всей поверхностью звезды в единицу времени. Светимость Солнца Lo = 3,85·1033 эрг/сек.

Световой год— расстояние, которое свет проходит за 1 год; используется как единица для выражения звездных расстояний. 1 световой год = 0,306 парсек = 6,33·104 а. е. = 9,46·1012 км = 9,46·1017 см.

Сидерический месяц — период полного обращения Луны по отношению к какой-либо определенной звезде.

Синодический — имеющий отношение к соединению. Например, синодический период есть промежуток времени между двумя последовательными соединениями одних и тех же тел (Луны или планет с Солнцем).

Система двойной звезды — две звезды, относительно близкие друг к другу и обращающиеся вокруг общего центра тяготения. Звезды обращаются по эллиптический орбитам с периодом, составляющим от нескольких часов до тысячелетий.

Спорость диссипации — вторая космическая скорость—параболическая скорость—скорость, которую должен приобрести какой-либо предмет, чтобы выйти за пределы поля тяготения планеты; эта скорость равна (2GM/R)1/2, где G — постоянная тяготения = 6,67·10-8 см2·сек2·г, M—масса планеты в граммах, R—радиус планеты в сантиметрах.

Скорость света — приблизительно равна 300000 км{сек.

Солнцестояние — один из двух моментов в году, когда Солнце в своем видимом движении достигает наибольшего расстояния от небесного экватора.

Спектральная двойная — пара звезд, расстояние компонентов которой настолько мало, что их нельзя разрешить визуально, но можно обнаружить по взаимному смещению их спектральных линий вследствие различия скоростей по лучу зрения.

Спектральные классы— система классификации звезд, основанная главным образом на постепенном изменении определенных характерных свойств звезд (цвет, температура), а также наличия и интенсивности определенных спектральных линий. Основные классы в порядке понижения температуры и возбуждения: О, В, A, F, G, К и М. Звезды класса О — бело-голубые и очень горячие, звезды класса В — также бело-голубые, но менее горячке; иногда их называют гелиевыми звездами (по преобладанию линий гелия в их спектрах). Класс А содержит белые звезды, известные под названием водородных. Звезды класса F—желто-белые. Звезды класса G — желтые (наше Солнце —член этого класса). Звезды класса К— оранжевые и класса М — красные. Каждый класс подразделяется на 10 спектральных подклассов, обозначаемых цифрами от 0 до 9, записываемыми справа от букв, обозначающих класс.

Сплюснутость — состояние сжатия или уплотнения на полюсах— сжатие сфероида. Численно сплюснутость определяется как разность между экваториальным и полярным диаметрами, деленная на экваториальный диаметр.

Средняя квадратичная скорость — корень квадратный из среднего арифметического из квадратов скоростей частиц” образующих систему.

Туманности — гигантские облакообразные массы разреженной материи в нашей Галактике. Туманности кажутся светлыми благодаря излучению окружающих или находящихся поблизости от них звезд; темные туманности обнаруживаются вследствие экранирующего действия на находящиеся позади них звезды.

Тяготение — всемирное притяжение, оказываемое любой частицей на любую другую частицу. Для двух частиц с массами m1 и m2, находящихся на расстоянии r, сила тяготения пропорциональна m1 m2/r2.

Угловой момент— момент количества вращения — равен произведению момента инерции относительно оси вращения на угловую скорость. В любой изолированной системе угловой момент — величина постоянная.

Ускорение силы тяжести — результат суммарного действия силы тяготения и центробежной силы вращающегося небесного тела на его поверхности; на поверхности Земли величина ускорения силы тяжести, обозначаемая буквой g, составляет примерно 981 см/сек2. В общем виде ускорение силы тяжести на поверхности сферического тела определяется по формуле GM/R2, где G — универсальная постоянная тяготения, М — масса планеты и R — ее радиус.

Фотосинтез — образование на свету органических химических соединений из воды и углекислого газа воздуха в тканях растений, содержащих хлорофилл.

Черное тело — воображаемое идеальное тело, являющееся совершенно черным (т. е. не светящим), когда тело холодное, одновременно является идеальным поглотителем радиация и идеальным ее излучателем.

Шаровое скопление— группа звезд, имеющая в целом сферическую или слегка сплюснутую сфероидальную форму, содержащая тысячи отдельных звезд. Шаровых скоплений известно примерно 100; они имеют сферическое распределение относительно центра нашей Галактики.

Широта. Геоцентрическая широта —угол между экваториальной плоскостью и прямой, проведенной из центра Земля и проходящей через данную точку; геодезическая широта — угол между экваториальной плоскостью и местной вертикалью; геоцентрическая и геодезическая широты на сфере тождественны, но они различны на сплюснутом сфероиде.

Экзобиология — отрасль науки, исследующая формы жизни вне Земли; так же называют программу экспериментов, направленных к открытию форм жизни, которые возникли где-либо во Вселенной.

Экзосфера— самый внешний слой атмосферы планеты, из которого газы могут диссипировать в космическое пространство, если скорости их молекул достаточно велики.

Эклиптика — линия пересечения плоскости земной орбиты с небесной сферой.

Экология — отрасль биологии, которая изучает взаимосвязи между организмами и между ними и окружающей средой.

Экосфера — термин, используемый здесь для обозначения области космического пространства в окрестностях любой звезды, в которой планеты в принципе могут иметь на поверхности условия, совместимые с происхождением, эволюцией до сложных форм и непрерывным существованием жизни на суше, и с условиями на поверхности, подходящими для человеческих существ и экологического комплекса, от которого они зависят.

Эксцентриситет (в применении к эллиптической орбите) отношение расстояния между центром и одним из фокусов к большой полуоси. Эксцентриситет окружности равен нулю; эксцентриситет параболы — предельного случая эллипса — равен единице.

Энергия вращения. Если масса, момент инерции которой вокруг оси I, вращается с угловой скоростью вокруг оси, то кинетическая энергия вращения равна 1/2 Iwг. Для однородного сфероида энергия вращения равна 0,2 mrгwг.


ЛИТЕРАТУРА *)

Азимов, 1958 — Astimov Isaac. Our Lonely Planet, Astounding Science Fiction 62, 3 (November), pp. 127-137,

* Аллен, 1955 - Allen C. W., Astrophysical Quantities, London: The Athlone Press.

Аренд, 1950 - Arend S., Com. l’Ob. R. Belg., 20.

Бассард, 1960 - Bussard R. W., Galactic Matter and Interstellar Flight, Astronaut. Acta 6, N 4, pp. 179-194.

Бергер, 1961 — Berger R., The Proton Irradiance of Methane, Ammonia and Water at 77° K, Proc. Nat. Acad. Sci. U.S. 47, 9 (September), p. 1434.

Бидл, 1960 - Beadle G. W., The Place of Genetics in Modern Biology, Eng. Sci. 23, N 6 (March), pp. 11 -17.

Бланко, Мак Каски, 1961 - В1anco V. М., and McCuskey, S. W., Basic Physics of the Solar System. Reading: Addison — Wesley Publishing Co., Inc.

Босс, 1936- Boss В., General Catalog of 33342 Stars for the Epoch 1950. Washington; Carnegie Institution of Washington.

Буллард, 1954 — Bullard Edward, The Interior of the Earth, in “The Earth as a Planet”, ed. G. P. Kuiper. Chicago: University of Chicago Press, pp. 57-137.

Вайцзеккер, 1944 - Von Weizsacker С. F., Uber die Entstehung des Planetensystems (Regarding the Origin of the Planetary System), Z. Astrophys. 22, pp. 319-355.

Ван де Камп, 1958 - Van de Kamp P., Visual Binaries, Encyclopedia of Physics 50, ed. S. Flugge, Berlin, Springer-Verlag.

Ван ден Бос, 1956 - Van den Bos W. H., The Visual Binaries, in “Vistas in Astronomy”, vol. II, ed. Arthur Beer, New York, Pergamon Press, Inc., pp. 1035-1039.

Войтински В., Войтински Э., 1953 - Woytinsky W. S., and Woytinsky E. S., World Population and Production, Trends and Outlook, New York: The Twentieth Century Fund.

Вулфек, Вайсс, Рабен, 1958 - Wulfeck J. W., Weisz A., and Raben M. W. Vision in Military Medicine. Wright Air Development Center Technical Report 58—339, Wright Air Development Center, Wright - Patterson Air Force Base, Dayton, Ohio, November.

*) Книги, отмеченные звездочкой, переведены на русский язык. (Прим. ред.)

 

Вундер, 1961 - Wunder С. С., Food Consumption of Mice during Continual Centrifugation, Iowa Acad. Sci. Publ. 68, p. 616.

Вундер, Лутерер, Додж, 1962 - Wunder С. С., Lutherer L. О., and Dodge С. Н., Survival and Growth of Organisms during Lifelong Exposure to High Gravity. Lecture before the Aerospace Medical Association, Atlantic City, New Jersey, April 10.

Гендерсон, 1958 — Henderson L. J. The Fitness of the Environment, Boston: Beacon Press.

Герцшпрунг, 1911 - Hertzsprung E., Uber die Verwendung photographischer effektiver Wellenlangen zur Bestimmung von Farbenequivalenten (Regarding the Use of Photographic Effective Wave Lengths in the Determination of Color Equivalents), Publ. Astrophys. Qbs. Potsdam, 22.

Гопкинсон, 1956 - Hopkinson R. G., Glare Discomfort and Pupil Diameter, J. Opt Soc. Am. 46, N 8 (August), PP- 649-656.

Дарвин, 1952 - Darwin G. G., The Next Million Years. Garden City: Doubleday & Company, Inc.

Де Маркус, 1958 - De Marcus W. C., Planetary Interiors, Encyclopedia of Physics, 52, ed. S. Flugge. Berlin: Springer — Verlag.

Джинс 1916 — Jeans J. H., The Dynamical Theory of Gases, London: Cambridge University Press.

Джинс, 1939 — Jeans J. H., Astronomy and Cosmogony. London: Cambridge University Press.

Джойс, 1946 - Joyce J., Ulysses, New York: Random House, Inc., p. 655.

Джонс Дж. E., 1923 - Jones J. E., Trans. Cambridge Phil. Soc. 22, p. 535.

Доул, 1961 — Dole S. H., Limits for Stable Near-circular Planetary or Satellite Orbits in the Restricted Three-body Problem, ARS J. 3t, .№ 2 (February), № 214-210.

Зенгер, 1956 — Sanger Е., Die Erreichbarkeit der Fixterne, Proceedings of the VII International Astronautical Congress, Rome, 17—22 September 1956, Rome: Associazione Italiana Razzi, pp. 97-113. (The Attainability of the Fixed Stars, translated by R. Schamberg, RAND Corporation Translation № T-69, The RAND Corporation, December).

3eнгep, 1961 — Sanger E., Nuclear Rockets for Space Flight, Astronaut. Sci. Rev. 3, N 3 (July — September), pp. 9—15.

Зенгер, 1962 - Sanger E., Some Optical and Kinematical Effects in Interstellar Astronautics, J. Brit, Interplanet Soc. 18, N 7 (January - February), pp. 273-277.

Ингалс, 1955 - Ingalls Т. Н., The Strange Case of the Blind Babies, Sci. Am. 193, N 6 (December), pp. 40—44

Калвин, 1955 — Calvin M., Chemical Evolution and the Origin of Life, University of California Radiation Laboratory Report № UCRL-2124 rev., August 11.

Калвин, 1959 - Calvin M., Origin of Life on Earth and Elsewhere, University of California Radiation Laboratory Report № UCRL-9005, December.

Калвин, 1961 - Calvin M., The Chemistry of Life, Chem. Eng. News 39, N 21 (May 22), pp. 96-104.

Койпер, 1951 - Kuiper G. P., On the Origin of the Solar System, in Astrophysics, ed. J. A. Hynek. New York: McGraw - Hill Book Co., Inc.

Коккони, Moppисон, 1959 - Cocconi G. and Morrison P., Searching for Interstellar Communications, Nature 184, N 4690 (September 19), pp. 844-846.

Копал, Филдер, 1959 —Kopal Z., and Fielder G., Studies in Lunar Topography; I. Determination of the Heights of Mountains on tbe Moon, Air Force Cambridge Research Center Report № AFCRC-TN-59-411, ASTIA N 217039, March.

Коуд, Bуд, Ламберт, 1947 — Code C. F., Wood E. Н. and Lambert E. H., The Limiting Effect of Centripetal Acceleration on Man's Ability To Move, J. Aeron, Sci. 14, № 2 (February), pp. 117—123.

Kpаycc, Ocpeткар, 1961 - Krauss R. W., and Osretkar A., Minimum and Maximum Tolerance of Algae to Temperature Light Intensity, in “Medical and Biological Aspects of the Energies of Space”, ed. Paul A. Campbell. New York: Columbia University Press.

Куллен, Гросс, 1951 - Cullen S. C., and Gross E. G., The Anesthetic Properties of Xenon in Animals and Human Beings, with Additional Observations of Krypton, Science 113, № 2942, May 18, pp. 580-582.

Лэмб, 1929 - Lamb H., Higher Mechanics (2nd ed.). London: Cambridge University Press, 1929.

Лондон, 1957 — London J., A Study of the Atmospheric Heat Balance, Report № AFCRD-TR-57-287, Department of Meteorology and Oceanography, New York University, Air Force Cambridge Research Center.

Лоуэлл, 1908 - Lowell P., Mars as the Abode of Life, New York: The Macmillan Co.

Макдоналд, 1961 — Macdonald G. A., Volcanology, Science 133, N 3454 (March 10), pp. 673-679.

Маркам, 1947 — Markham S. F., Climate and the Energy of Nations. New York: Oxford University Press.

Меткалф, 1958 - Metcalf R. D., Visual Recovery Times from High Intensity Flashes of Light, Report N TR 58-232, Aero Medical Laboratory, Wright Air Development Center, Wright-Patterson Air Force Base. Dayton, Ohio, October.

Миланкович, 1930 - Milankovitch M., Mathematische Klimalehre und Astronomische Theorie der Klimaschwankungen, in “Handhuch der Klimatologie”, eds. W. P. Koeppen and B. Geiger, Band I, Teil А. Berlin: Verlag von Gebruder Borntraeger.

Миллер Г., Райли, Бондюран, Хайатт, 1958 — Miller H., Riley M. В., Bondurant S., and Hiatt E. P., Duration of Tolerance to Positive G., absracted in J. Avia Med. 29, № 3 (March), p. 243.

Миллер С. Л., 1955 - Miller S. L., Production of Organic Compounds under Possible Primitive Earth Conditions, J. Am. Chem. Soc. 77, № 9 (May 12), pp. 2351—2361.

Нортон, 1925 - Norton E. F., The Fight for Everest: 1924, New York: Longmans, Green & Co., Inc., p. 334

Нъюберн Р. Л, мл, 1961 —Newburn R. L., Jr., The Exploration of Mercury, the Asteroids, the Major Planets and Their Satellite Systems, and Pluto, in “Advances in Space Science and Technology”, ed. F. L Ordway, Vol. 3. New York: Academic Press, Inc.

Опарин А. И.,*), 1938—Oparin A. I., The Origin of Life (1st ed.). New York; Тhe Macmillan Company.

Опарин А. И. *), 1957 — Oparin A. I., The Origin of Life on the Earth (3rd ed.). New York: The Macmillan Company.

Опарин А. И. *), 1961 — Oparin A. I., Tre Origin of Life on the Earth, New Scientist, II, № 249 (August 24), pp. 474-475.

Отис, Бембауэр, 1949 — Otis A. B., and Bembower W. C., Effect of Gas Density on Resistance to Respiratory Gas Flow in Man, J. Appi. Physiol, 2 (December), pp. 300-306.

Палм, Калвин, 1959 — Palm C. and Calvin M., Irradiation of Methane, Ammonia, Hydrogen and Water, Bio Organic Chemistry Quarterly Report, University of California Radiation Laboratory Report N UCRL-9519, Janiary 31.

Пью, Уорд, 1954 - Pugh G. and Ward M., Physiology and Medicine, Appendix VII in The Conquest of Everest, by J. Hunt, New York: E. P. Dulton & Co., Inc.

Расселл, 1914 —Russell H. N., Relations between the Spectra and Other Characteristics of the Stars. Popular Astronomy, pp. 22, 275-294, 331-351.

Роман, 1959 - Roman N. G., Planets of Other Suns, Paper presented before the American Astronomical Society at Toronto, September 1,

Poш, 1873 —Roche E. A., Essai sur la constitution et l’origine du systcme solaire, Acad. de Montpellier, Sciences 8, p. 235.

Сиджуик, 1950 - Sidgwick N. V., The Chemical Elements and Their Compounds, Vol. I. New York: Oxford University Press.

Спектор 1956 - Spector W. S. (ed.). “Handbook of Biological Data”, Wright Air Development Center, Wright-Patterson Air Force Base, Dayton, Ohio, October.

* Спенсер-Джонс Г., 1949 - Jones H. Spencer, Life on Other Worlds, New York: New American Library of World Literature, Inc.

Спенсер, Яффе, 1962—Spencer D. F. and Jaffe L. D., Feasibility of Interstellar Travel. California Institute of Technology Jet Propulsion Laboratory Technical Report, № 32—233, March.

Спицер Л., мл., 1952 - Spitzer L., Jr., The Terrestrial Atmosphere above 300 Km, in “The Atmosphere of the Earth and Planets” (2nd ed.), ed. G. P. Kuiper. Chicago: University of Chicago Press, pp. 211-247.

Страгхолд, 1955 — Strughold H-, The Ecosphere of the Sun. Avia. Med 26, № 4 (August), pp. 323-328.

Такс, I960 - Tax S. (ed.). “The Evolution of Life”. (Evolution after Darwin, Vol. I.). Chicago: University of Chicago Pross.

Тобиас, Слейтер, 1962 - Tobias C. A. and Slater J. V., Our View of Space Biology Widens, Astronautics 7, N 1 (January), pp. 20— 22, 47-52.

Троицкая О. В., 1952. О возможности жизни на Марсе, Астрон. ж. 19, № 1.

Уилсон, 1961 - Wilson С. L., Production of Gas in Human Tissues at Low Pressures. School of Aviation Medicine Report, № 61 — 105, Broods Air Base, San Antonio, Texas, August.

Уолд, 1954 —Wald G., The Origin of Life, Sci Am. 191, N 2 (August), pp. 44-53,

*) См. соответствующие русские издания. (Прим. ред.)

Уолд, 1959 —Wald G., Life and Light, Sci. Am. 201, № 4 (October), pp. 92-108.

Уэбстер, 1925 Webster A. G., The Dynamics of Particles and of Rigid, Elastic and Fluid Bodies. Leipzig; B. G. Teubner.

Уэйсс, 1952 —Weiss F. J., The Useful Algae, Sci. Am. 187, N 6 (December), pp. 15-17.

Ферхолл, 1949 - Fairhall L. Т., Industrial Toxicology, Baltimore: The Williams & Wilkins Co.

Фирсов, 1954 - Firsoff V. A., Our Neighbour Worlds, London; Hutchinsons and Co., Ltd.

Фратон, Симмондс, 1959 — Fruton J. S., and Simmonds S., General Biochemistry (2nd ed.). New York: John Wiley & Sons, Inc.

Хойл, 1950 - Boyle F., The Nature of the Universe. New York; Harper and Brothers.

Хойл, 1955 - Hoyle F., Frontiers of Astronomy, New York: Harper and Brothers.

Холдейн, 1928 — Haldane J. B. S. The Origin of Life, Rationalist Ann., pp. 148-153.

Холдейн, 1954 - Haldane J. B. S. The Origin of Life, New Biol., N 16, pp. 12-27.

Хоровиц, 1056 - Horowitz N. H., The Origin of Life, Eng. Sci. 20, № 2 (November), pp. 21—25.

Хоровиц, 1958 — Horowitz N. H. The Origin of Life, in “Frontiers of Science?” ed. E. Hutchings, Jr. New York: Basic Books, Inc.

Хуан Шоу-шу, 1959 - Huang S., Occurrence of Life in the Universe, Am. Scientist, 47, N 3 (September), pp. 397—402.

Чемберлин, 1962 — Chamberlain J. W., Upper Atmospheres of the Planets, Astrophys. J. 136, N 2 (September), pp. 582—593.

* Шепли 1959 — Shapley H., Of Stars and Men, Boston: Beacon Press. Эдсолл, Уэймен, 1958 —Edsall J. T. and Wyman J., Biophysical Chemistry, New York: Academic Press, Inc.

Юри, 1952- Urey Н. С., The Planets, Their Origin and Development New Haven; Yale University Press.

Юри, 1959— Urey Н. C., The Atmospheres of the Planets, in “Encyclopedia of Physics”, 52, ed. S. Flugge, Berlin: Springer — Verlag.

Яшек К., Яшек M., 1957 — Jaschek C. and Jaschek M., The Frequency of Spectroscopic Binaries. Publ. Astron. Soc. Pacific, 69, № 411 (December), pp. 546—551.

Air Force Pamphlet №. AFP 160-6-1, Threshold Limit Values for Toxic Chemicals. U. S. Department of the Air Force, February 16, 1959.

CIRA-1961 (GOSPAR International Reference Atmosphere, 1961), New York: Interscience Publishers, Inc., 1961.


гадание на рунах онлайн - еще. Узнайте!
Хостинг от uCoz